Читать онлайн «Жилец», Владимир Михайлович Скрипник – Литрес (2024)

Нелинейный роман ля минор,

без пролога, с двумя эпилогами

Поэт обязан знать свои стихи наизусть,

если даже он сам не может их выучить,

то они ничего не стоят!

Давид Самойлов.

Читать онлайн «Жилец», Владимир Михайлович Скрипник – Литрес (1)

Меня разбудил комар. Впрочем, это неточное утверждение, на самом деле, как только мой мозг начал просыпаться, я одновременно почувствовала жажду, желание писать и услышала комариный писк. Если удовлетворение первого желания можно было отсрочить, то второе очень настойчиво заставило выбраться из палатки. Была та предрассветная летняя пора, когда по часам еще ночь и по факту на небе звезды, но оно уже не такое темное и быстро светлеет, уже громко и нестройно звучит птичий хор, в котором каждая птица, никому не подпевая поет свою песню. Вообще-то, слово «хор» подразумевает слаженность, но то, что звучит в эти часы в лесу, ничего общего со слаженностью не имеет. Можно попытаться сравнить с игрой большого симфонического оркестра, но и здесь не все просто, исполняя музыкальное произведение, оркестр звучит гармонично и пытается точно воспроизвести творческий замысел композитора, но при этом каждый инструмент играет свою партию, музыка которой порой совсем не совпадает с мелодией произведения и более того она бывает совсем некрасива, но в целом совместное звучание всех инструментов, синхронизированное дирижёром, реализует не только заданную гармонию звуков, но и передает нематериальную творческую суть произведения. В природе все не так, музыка предутреннего леса по своей сути является какофонией, но слушать эту абстрактную музыкальную картину, созданную Творцом приятно, благо, стенки палатки совсем не приглушали звуки.

Марина села перед застегнутым пологом и некоторое время рассматривала сквозь редкую ткань внешний мир, представляющийся небольшой лесной полянкой, в центре которой тлели угли бывшего костра, рядом стоял небольшой раскладной стол с неубранной посудой и полупустыми бутылками, возле него стояли три походных стула. На противоположной стороне полянки высился огромный темный силуэт фуры, от которой доносился запах солярки и приглушенный храп братьев. Днем ребята после передачи кейсов подвезут Марину до ближайшей заправки и отъедут уже без нее. Грустно, но ничего не поделаешь.

Выбравшись наружу, Марина поежилась от утренней прохлады и скорым шагом направилась в кусты. Назад в палатку она уже бежала по-настоящему и, пробегая мимо стола прихватила, бутылку с водой. Дважды взвизгнула молния и полог встал непреодолимым препятствием от казалось преследовавших ее комаров. Тело девушки от предрассветной свежести сотрясала мелкая дрожь. Марина быстро сняла с себя джинсы и укуталась с головой в спальник. Через несколько секунд дрожь утихла, тело погрузилось в приятную негу и наступило нечастое кратковременное состояние, точно описываемое словами «щенячий восторг», на смену которому, пришло чувство комфорта. Чтобы окончательно согреться, Марина просунула кисти рук между ног и с удивлением обнаружила, что лежит в одной майке, т.е. без трусов. Чисто из любопытства включила фонарь и осмотрела палатку, трусов нигде не было. Под руку попалась бутылка с водой, и тут же жажда напомнила о себе. Напившись, Марина сняла с себя майку и нагишом завернулась в спальник, надежда вызвать еще раз щенячий восторг не оправдалась, тепло пришло сразу и следом за ним сон, для которого не был помехой ни птичий ор, ни примешавшееся к нему кваканье лягушек, доносившееся со стороны реки.

Вскоре наступило теплое, ясное, тихое летнее утро. Луч солнца, пробившийся сквозь листву деревьев и полог палатки, прошелся по-хозяйски по палатке, по обнаженному телу девушки, недолго задержался на ее груди, пробежался по лицу, и остановился на глазах. Марина проснулась, выбралась наружу и постояв немного, пошла по узкой тропинке к речке. Роса на траве приятно холодила ноги, отчего все тело, казалось, покрылось мелкими пупырышками. Вошла в воду и не закрывая глаз нырнула. Чуть теплая вода приятно освежала тело. Дно реки ближе к берегу покрывали водоросли зеленого, синего и коричневого цветов, их длинные стебли покачивались слабым течением, и они своим видом напоминали причудливый сад. На песчаной лужайке на дне лежал пескарь, едва заметно шевеля плавниками, он недовольно посмотрел на нарушившую его покой непрошеную гостью, взмахнул хвостом и неторопливо уплыл в заросли. Невдалеке проплыла по своим делам упитанная рыбка, наверное, карась или линь, Марина плохо разбиралась в видах рыб. На лужайку из травы бесстрашно выполз рак и начал рыться в песке своими клешнями. Все было, как в немом кино. Марина вынырнула. На смену подводной тишине резко пришли звуки утреннего леса. Пело, кричало, свистело, ухало со всех сторон, легкий ветерок качал верхушки деревьев. Казалось, весь лес, со всеми обитателями дружно и радостно приветствовал солнце и наступивший день. Марина вышла на берег, зажмурила глаза и, повернув в сторону солнца лицо, широко расставив ноги и раскинув в стороны руки, замерла. Капли воды стекали по чуть смуглой коже обнаженного тела, приятно щекоча. Постояв несколько минут, затем вернулась на полянку, подошла к прикрепленному к капоту авто зеркалу и стала рассматривать себя. Увиденное произвело на нее приятное впечатление, и Марина улыбнулась. С легким шумом отворилась дверь кабины и из нее показалась заспанная мужская физиономия.

–Привет, Витя.

Мужчина повернул голову на звук голоса и от увиденного его сон как рукой сняло. Перед машиной стояла обнаженная красивая девушка, рассматривающая себя в зеркале.

–Здравствуй, дорогая! Любуешься неземной красотой? Тебе не холодно голой-то? Вон кожа еще влажная. Этак простудиться можно. Чихать и кашлять начнешь, а там, глядишь, и температура поднимется, туда-сюда, не заметишь, как от хвори состаришься и нате вам, летальный исход. А все почему? А потому, что ты тут ни свет ни заря стоишь в чем мать родила, т.е. без трусов,– балагурил Виктор.– Я постоянно удивляюсь, во всем мире есть всего-то два человека, мама и ты, которые с первого взгляда различают нас с Андреем. И, кстати, ты бы оделась или хотя бы трусы надела, а то у меня от этого нудизма в моем чувствительном и отзывчивом организм запустились некоторые процессы, и я готов....

–Кстати, об одежде,– перебила его Марина,– насколько помню, вчера ты снимал с меня трусы и где они, почему их потом на меня не надел?

–Как не надел? Очень даже надел! Правда, не я надел, ты сама надела. Мы еще потом за стол сели, и ты была вначале в одних трусах, а когда стало прохладней, то сверху джинсы надела, это я очень хорошо помню. Потом я пошел спать, так как моя очередь сегодня баранку крутить, а вы еще с Андреем оставались, и когда он залез в кабину, я не слышал, спал.

–Ну да, кое-что припоминаю, но в целом не очень. Судя по всему, мои трусы опять были сняты и в этой связи неплохо бы знать надевал ли Андрей презерватив?

–Тут я тебе не помощник, хотя… – Виктор скрылся в кабине и через минуту вернулся, хохоча.– Надевал, конечно, надевал, он и сейчас еще в нем. Марина представила эту картину и рассмеялась.

–Может, и мои трусы на нем? Вот я вчера надралась, почти ничего не помню.

–А кто помнит? Разве что я, да и то потому, что рано ушел спать, а впрочем, все было как надо. Душевно посидели.

–Ну ладно, пойду оденусь и пора завтрак готовить, а ты буди Андрея, пусть оденется, но сперва пусть разденется,– с улыбкой уточнила Марина, разглядывая кисти своих рук. Ее внимание привлекла тонкая темная полоска у основания ногтя большого пальца правой руки. Рассмотрев ее внимательно, Марина поняла, что это не смытая запекшаяся кровь и невольно вспомнила, откуда она взялась. Приятного настроения как не бывало в сознание ворвалась череда вчерашних событий. Собственно, эта череда никуда и не девалась, просто Марина не позволяла ей завладеть собой и до этого момента ей удавалось. Очевидно, настало время осознанно все осмыслить и снять тягостную остроту воспоминаний.

Итак, по порядку! Все было, как всегда. Пустая фура пересекла границу и, проехав несколько десятков километров по польской территории остановилась на каком-то хуторе. Там их ждали. Марина спустилась на землю и попала в не только дружеские объятия Марека, он, обнимая, успел конкретно ее облапить. После ничего не значащих фраз о жизни, здоровье и делах приступили к работе. К фуре поочередно подъезжали небольшие грузовики и из них грузчики проворно перетаскивали в фуру различный товар (в основном, это была компьютерная техника и бытовая электроника). Марина сверяла товар со спецификацией заказа, а Марек проверял фактическое соответствие с накладными. Через несколько часов перегрузка была закончена. Груженая фура тем же путем, но уже в обратном направлении въехала на польское КПП. Марек с пачкой документов скрылся в офисе и через полчаса вернулся с разрешением на проезд машины через польскую границу. По привычной процедуре он передал документы Марине, а Андрей отдал Мареку увесистый кейс с долларами. Марек взял одну пачку купюр, повертел ее и положил назад в кейс.

–Здесь все?– формально спросил поляк и, не дожидаясь ответа, стал прощаться, мужчинам пожал руки, а Марину заключил в объятия и чмокнул в щеку.

Преодолев небольшой отрезок пути, их машина въехала на украинский КПП. Марина с пачкой документов и с полиэтиленовым пакетом, зашла в офис и через некоторое время вышла из него уже без пакета, но с разрешением на въезд. Короче, все шло, как обычно. Фура выбралась на трассу и на предельной скорости поехала по заранее определенному маршруту. По процедуре нужно было в установленное время (при отсутствии задержки контролирующими органами) уничтожить таможенные документы и заменить их фиктивными транспортными накладными, в этот же момент уничтожались документы и на обоих КПП, в итоге не оставалось никаких следов заезда фуры на польскую территорию и перевозки через границу «контрабаса» со всеми приятными последствиями, поэтому за этот временной интервал нужно было как можно дальше отъехать от границы. В случае, если происходила серьёзная задержка, провоз товара официально устанавливался, с уплатой пошлин, прочих отчислений и затрат на «улаживание вопроса», а это немалые деньги, так, что вся затея становилась не то, что нерентабельной, а даже убыточной.

В просторной кабине машины было по-летнему тепло, тихо играла музыка из приемника. Марина сидела между двумя мужчинами и чувствовала себя защищенной, как младшая сестренка между двумя старшими братьями. Виктор уверенно вел машину, а Андрей крутил ручки приемника. С обеих сторон трассы тянулись леса, временами меняя изумрудно-зеленый цвет на тёмно-зелёный. Иногда в редком встречном потоке попадались такие же фуры, это были почти все знакомые машины, и водители приветствовали друг друга короткими сигналами. Все было тихо и мирно, если не принимать во внимание короткоствольный автомат, лежащий на коленях у Андрея, так, на всякий случай. Конечно, на дворе были уже не лихие девяностые с их «отжимами» иможно было спокойно ехать без сопровождения, но все же всякое случается и, как говорится, береженного бог бережет. Впрочем, дело было не столько в этом, сколько в заказчике товара. Это был неизвестный для них человек с, как сейчас говорят, позывным Барон. А еще говорят, внешне он действительно был похож на цыгана, но кто он на самом деле, никто не знал. Известно было, что он жаден, жесток и ради денег готов пойти на все. Сам он принимал только принципиальные решения, а остальные вопросы решал его сын по прозвищу Сын Барона, который тоже представлялся незнакомым как Барон. Говорят, что Барон-отец был сказочно богат, имел серьезные связи в верхах и официально работал посредником в государственных структурах, но основной доход он имел от торговли наркотиками, создав из своих соплеменников широчайшую международную сеть сбыта. Не брезговал он и «контрабасом», до этого занимался по маленькой, так по нескольку сотен тысяч зелени от сделки, и на такое крупное многомиллионное дело он решился впервые, пора было сына привлекать к серьезным деньгам. Хозяин принял от него заказ и поручил его выполнение Марине и братьям. Это была надежная команда.

Братья в прошлом офицеры, прошли через Афган, и вообще имели немалый опыт участия в диверсионных и других операциях и не только в Афганистане. Все бы ничего, но после вывода ограниченного контингента они остались ни с чем, не считая боевых наград и ранений. Родина «горячо» отблагодарила за выполнение интернационального долга, демобилизовала и все, дальше, ребята, как-нибудь сами, а то, что у вас нет гражданских специальностей и вы не знаете, как дальше жить и на что, то это дело ваше, тем паче что на дворе перестройка с ускорением, так что не до вас, да, кстати, с причитающимися боевыми тоже разбирайтесь сами. Перед парнями были настежь открыты двери, входи в любую, но на самом деле, стать грузчиком на рынке – пожалуйста; стать бандитом – пожалуйста; еще можно, с учетом прошлого, стать телохранителем у тех же бандитов и выполнять их капризы, а точнее, быть «прислугой за все»– пожалуйста. Вот и весь набор, нет, еще можно было вместо бандитов пойти в милицию, но это было в те времена почти одно и то же. Братья пошли своим путем: кс трудом вырванным с потерями боевым вознаграждениям добавили одолженные у всех, у кого можно, деньги, купили подержанный грузовичок и стали промышлять грузовыми перевозками. Работали и днем, и ночью, во многом ограничивая себя, и уже через пару-тройку лет у них был большой КамАЗ, а затем череда фур – каждая следующая больше предыдущей, изменились клиенты, и география перевозок. Дела шли неплохо, только досадно было им, «афганцам» собостренным чувством справедливости, за свой честный труд постоянно кому-то «отстегивать» за непонятно что, но и к этому со временем привыкли. Несмотря на то, что работали они практически круглосуточно, лишних денег, которые можно было отложить «на потом», не было. Оба обзавелись семьями и у каждого было по двое детишек, ну и, конечно, недешевые квартиры в комфортной новостройке, а все это требовало денег. Часто приходилось рисковать, конечно, они понимали, что в случае чего ни помочь, ни заступиться за них некому, но и это была небольшая проблема, ведь их двое и каждый уверен в другом, как в себе. Так и жили некоторое время, а затем в их жизни появилась контрабанда с ее отлаженным механизмом, немыслимыми ранее оборотами и, конечно же, заработками, да и сама жизнь изменилась, стала рискованней, но богаче. А случилось это так.

Однажды в придорожном кафе, куда ребята заехали пообедать, произошла неожиданная встреча с боевым товарищем тоже «афганцем». Разговорились. Оказалось, что послевоенная жизнь у них складывалась поначалу очень похоже, а потом, когда братья начали заниматься перевозками, их боевой товарищ выбрал криминал. Бандитом он не стал, но бандитов консультировал в вопросах организации криминальных схем, помогало штабное прошлое, и на этом поприще зарекомендовал себя как хороший специалист и, естественно, обзавелся связями. Поговорив с братьями об их житье-бытье, пообещал помочь точнее что-нибудь придумать. Прозвучало это, как жест вежливости, который ни к чему никого не обязывал. На прощание они обменялись телефонами и разошлись. Каково же было удивление, когда через несколько дней братьям кто-то позвонил и, сославшись на этого боевого товарища, предложил работу по перевозке товара из-за рубежа, а для конкретного разговора предложил встретиться. На встрече незнакомец, который представился от Хозяина, в общих чертах описал суть работы и озвучил размер вознаграждения, это была серьезная сумма, превосходящая их суммарную полугодовую зарплату, что само по себе не могло не насторожить. Незнакомец развеял их сомнения насчет законности операции, заверив, что для них все законно, а их работа заключается в пересечении польской границы, приеме груза согласно документам, перевоз товара через границу назад, доставка товара по адресу и передача его владельцу, при этом братья полностью несут ответственность за целостность и сохранность груза. Конечно, само собой это не безопасно, но незнакомец выразил уверенность, что боевой опыт поможет им успешно выполнить эту достаточно хорошо оплачиваемую работу. Посоветовавшись, братья приняли предложение и стали работать на Хозяина, не зная его имени и никогда с ним не встречаясь. Общение сводилось к эсэмескам по телефону, инициатором которых, всегда был Хозяин и иначе не могло быть, так как его номер телефона не определялся и братьям был неизвестен.

Заказов было немного, один-два в месяц, причем заказ мог поступить в любое время суток и часто требовалось сразу же приступать к его исполнению, но и это для братьев, бывших офицеров, с нормой жизни «быть на службе двадцать четыре часа в сутки» это не было обременительно. Так продолжалось около двух лет, затем внезапно наступила пауза и в течение почти полугода работы не было вообще, а жить-то на что-то надо было. Накопления быстро истощались, благодаря ипотекам, кредитам на автомобили и мебель, да и ставшими немалыми, текущим расходам… Братья готовы были на любую работу по перевозке, но за время их работы на Хозяина все бывшие заказчики переориентировались на других исполнителей, и кроме того, оказалось, что рынок перевозок устоялся, а самостоятельно найти рентабельный заказ на их большую машину, вообще невозможно. Время шло, появились долги, и они росли. Банки доставали с требованием погашения процентов, обещая выселить и отобрать купленное в кредит. Замаячила нежеланная перспектива продажи фуры, чтобы купить небольшой грузовичок, и практически начать все сначала чтобы хоть как-то сводить концы с концами. Увы, и это оказалось непросто, никто не давал за машину денег, хотя бы соизмеримых с теми, за которые она им досталась, или хотя бы рассчитаться с банками, но и при таком раскладе потенциальных покупателей было очень мало. Ситуация становилась все хуже и хуже, а вскоре деньги совсем закончились и в долг уже никто не давал. И как раз в это время, как по волшебству позвонил Хозяин. Собственно, это был первый случай, когда он сам звонил. В нескольких словах рассказал, что изменил свой бизнес и далее в их прежних услугах не нуждается. Он по-прежнему будет возить товар из-за границы, но по иной схеме, за наличные деньги, которые нужно вывозить в целости и сохранности, покупать товар и завозить его тоже в целости и сохранности. Если без деталей, то это вполне по документам законный бизнес, кроме перевозки наличных, это самое ключевое место в схеме и от него зависит весь ее эффект. Безусловно, все вопросы отработаны, связанные с наличкой риски минимизированы, а оставшиеся – полностью зависят от исполнителей, т.е. от них, если, конечно, они возьмутся за эту работу.

Хозяин замолчал. Возникла пауза. Для ребят это было неожиданное предложение.

–Деньги в обращении будут очень большие, поэтому охранять их и товар надо будет с оружием, которое при необходимости нужно применять, как говорится у вас, военных, на поражение. Учитывая вашу предыдущую работу и ваш боевой опыт, я решил предложить эту работу вам. Кстати, оплачиваться она будет на порядок больше предыдущей. Работать вы будете вместе с моим человеком, который, собственно, будет реализовывать сделки – принимать и оформлять товар, рассчитываться за него, вести всю документацию, решать вопросы с таможенниками и пограничниками.

Это все его работа и его ответственность, но, если для ее выполнения понадобится ваше участие, вы подчиняетесь ему. В остальном он вам не начальник, более того, он будет как бы в вашем подчинении, а впрочем, мне все равно, как там у вас сложится.

Хозяин опять замолчал. Братья не задавали вопросов и вообще никак не реагировали на неожиданное предложение.

–Хорошо!– после небольшой паузы продолжил Хозяин.– Я не ожидал быстрого ответа, но для принятия решения у вас всего сутки. Завтра в это время я вам позвоню. Независимо от вашего решения, это будет последний наш с вами разговор, так что, в случае чего, готовьте вопросы.

После этого разговора, который разговором нельзя назвать, братья долгое время молчали.

Потом Андрей встал, они сидели у него дома и просматривали газетные объявления, достал из холодильника начатую бутылку водки и банку маринованных огурцов, налил понемногу себе и брату. Выпили и захрустели огурцами.

–Ну вот, братан, мы и приехали,– произнес грустным голосом Андрей.

–Да, нужно решать, либо останемся как есть и скоро пойдем ко дну, либо с завтрашнего дня мы другие, а точнее, мы преступники.

–Ага, контрабандисты в особо крупных размерах.

–А учитывая оружие и то, что нас будет трое,– это вполне себе организованная преступная группировка.

–И хорошо, если все хорошо, а в случае чего, нам крышка и помощи ждать неоткуда, так что получим по полной.Андрей налил еще. Братья молча выпили. Виктор встал, не спеша подошел к окну, задумчиво посмотрел на улицу и неожиданно спросил:

–Ты со своей расписан?

–Да нет, то одно мешало, то другое, так и не собрались.

–А я в законном браке, теща настояла.

Потом опять замолчали и не потому, что нечего было сказать, просто они очень хорошо знали и понимали друг друга, так что слова им были не очень нужны.

Виктор вернулся к столу, разлил по стаканам оставшуюся водку. Выпили.

–Я в последнее время стал плохо спать. Конечно, к сорока годам все уже нужно иметь семью, жилье и работу, работа оказалась главной, особенно, если твоя единственная профессия, которой ты хорошо владеешь – убивать, а наметившийся было жизненный путь оказался тупиковым.

–Мне недавно звонил товарищ по Афгану, ты его не знаешь, так он завербовался и улетел на Восток, на войну. Приглашал с собой, там вроде неплохо платят.

–Ну и?

–А что тут думать, воевать за деньги или быть наемным убийцей невелика разница. Мне бы хоть немного войну забыть.

–Да и я навоевался на всю оставшуюся.

Виктор допил водку, повертел в руках пустой стакан и осторожно поставил на стол. Посмотрел на Андрея долгим взглядом и негромко сказал:

–Хозяин нас просчитал и сделал. Я не хочу, но все-таки, скажу «да!»

Андрей открыл шкаф. Постоял перед раскрытой дверцей в раздумье, затем вытащил наугад бутылку с коричневатым напитком, молча налил в стаканы и жестом предложил Виктору выпить. Жидкость с непривычным запахом и самогонным вкусом обожгла горло. Андрей скривился и сказал:

–Насчет Хозяина ты прав, я тоже не хочу, но тоже говорю «да».

Братья еще немного посидели, говорить ни о чем не хотелось и меньше всего – о принятом решении, и так было ясно, что другого выхода у них нет и что работодатель стал для них действительно хозяином без воображаемых кавычек. Продолжать пить заморское зелье желания не было. Пора по домам. Договорились завтра встретиться, оговорить детали перед звонком Хозяина и на том разошлись.

Началась у братьев новая жизнь, и в нее вошел человек Хозяина им оказалась красивая, хорошо сложенная девушка и как потом выяснилось, умная и реально смотрящая на жизнь. Звали ее Мариной. Марина не задавала ни личных, ни лишних вопросов, но и о себе ничего не рассказывала, да и братья ни о чем ее не расспрашивали. Со своей работой она справлялась, к братьям относилась ровно, никого не выделяя, что вызвало у парней особое уважение к девушке. В поездках, если приходилось останавливаться на ночлег (парни старались это делать в лесу), ставили для нее, в зоне видимости машины, и чтобы не слышно было храпа, небольшую, но хорошо укомплектованную палатку, а сами ночевали в кабине. В зимнее время или в очень ненастную пору ночевали в мотелях. Поездки были хорошо организованы и происходили без особых происшествий, разве что временами приходилось останавливаться на постах ГАИ, но это были, так сказать, плановые остановки, да и постовые были уже знакомые ребята, все решалось быстро и без лишних слов. За пару рейсов они полностью рассчитались с долгами, а жизнь вошла внешне в привычную колею, и братьям стало казаться, что в том, что они делают, нет особого криминала.

Работа как работа, разве что временами напряженная, но она того стоила.

Однажды отношения с Мариной из чисто дружеских перешли в близкие, а произошло это так. Как-то рейс по техническим причинам затянулся на несколько дней, пришлось ждать на границе совпадения окон графиков, когда с обеих сторон работают нужные люди. Они втроем который день подряд сидели в кабине и под легкую музыку просто молчали и вот Виктор осторожно положил руку на колено девушки и слегка сжал его дрожащими от возбуждения пальцами. Это не осталось незамеченным. Андрей отвернулся к окну и положил руки на баранку. Марина посмотрела на братьев, выключила радио и, ни к кому не обращаясь, глядя вперед, сказала.

–Нам надо поговорить. Вы мне оба нравитесь, и я никому из вас не давала повода думать, что он мне нравится больше, чем другой. Вы хорошие ребята, но я никого из вас не люблю.– После небольшой паузы продолжила:– да и вы меня не любите. Вы любите своих жен, своих детей и это правильно, при этом каждый из вас готов переспать со мной хоть сейчас. Я не ошибаюсь?

–Нет,– первым ответил Виктор и убрал руку с Марининого колена.

–Не ошибаешься,– добавил Андрей – То, что мы хотим тебя, это нормально. Ты молодая, красивая и мы не старики и не уроды, это физиология. Вот только от этих желаний у нас атмосфера становится напряженной и это напряжение постоянно усиливается, вот это не нормально.

–Ты все верно говоришь и я о себе хочу сказать, мне бывает нелегко находиться в этой кабине с двумя здоровыми симпатичными мужчинами. И это тоже влияет на обстановку и не может долго продолжаться, поэтому давайте что-то решить.

–А что тут решать? Есть два выхода – либо нам троим как-то заниматься сексом, либо нет и пусть все идет своим чередом, а третьего не дано.

Замолчали.

–Ладно,– после короткой паузы произнесла Марина,– предположим, что мы решили выбрать секс, т.е. трахаться. Возникает вопрос, как это делать, чтобы не было банальным блядством? Например, я не хочу трахаться с вами обоими, да еще сразу, как хотите, но это не для меня. А еще, я не хочу, чтобы наш секс как-то отражался на ваших семьях. И никакого соперничества, никакого спорта, без всяких ласк и поцелуев просто физиология и все. В остальное время – мы просто товарищи по работе или, если хотите, я ваша сестра, а вы мои братья.

–Хорошо,– задумчиво произнес Виктор,– а как мы будем, по очереди или составим какой-то график?

По его тону было заметно, что ни тот не другой вариант ему не нравится.

–Я думаю, ни очередь, ни по графику нам не подойдет, как-то по-скотски получается. Пусть Марина сама решает, когда и с кем, но при этом принимает во внимание каждого из нас.– С улыбкой закончил Андрей.

Марина положила руки на бедра братьям и, глядя перед собой, произнесла:

–И еще одно обязательное условие – презервативы! Итак, господа-братья, у кого есть презерватив, прошу ко мне в палатку, а так как презервативов у вас нет, то сегодняшний вечер мы проведем без секса, но за хорошим ужином, который я сейчас приготовлю.

С того дня отношения в троице изменились, ушла напряженность, мужчины стали относиться к Марине более внимательно и бережно, и действительно со стороны казалось, что они – одна семья, два заботливых брата и очень уважительная к ним младшая сестренка. Парни и вправду считали Марину хрупкой и нежной девушкой, которую надо ограждать от обид и невзгод этого мира, пока не произошло событие, в корне изменившее их представления. Однажды они возвращались из-за границы с товаром, таможенники долго не пропускали машину, не могли разобраться с документами, и только вечером все уладилось. Ехать всю ночь после такой нервотрепки не хотелось, решено было переночевать на стоянке дальнобойщиков. Недалеко от трассы, на полянке, по ее периметру припарковались несколько большегрузных машин. Посредине стоял сколоченный из досок стол, на который несколько человек расставляли бутылки, банки. Кто-то открывал консервы, кто-то резал колбасу, овощи на салат. На костре стоял большой котел, в котором варилась картошка. Все указывало на то, что готовится серьезная попойка.

Братья выбрали на стоянке подходящее место для машины и, захватив продукты, вместе с Мариной подошли к столу.

–Всем привет!– громко сказала Марина.– По какому случаю торжество?

Мужчины радостно приветствовали девушку. Наперебой посыпались вопросы типа: «Как жизнь», «Не вышла ли ты случайно замуж?», «Не обижают ли тебя братаны? А то мы им сейчас покажем» …Оказалось, что собирались праздновать день рождения Игоря, водителя из Киева. Наконец сели за стол. Все присутствующие знали друг друга по дорогам, точнее, по стоянкам и по тырлам, так что было о чем поговорить, повспоминать. Марину, как единственную женщину, усадили рядом с Игорем и, что называется, окружили заботой и вниманием. Все, кто мог себе позволить, понемногу выпивали, произносили шутливые тосты. Было непринужденно и весело, вдруг со стороны трассы послышался шум двигателя и на поляну въехал пустой тягач. За столом стало тихо, кто-то негромко произнес.

–Вот и Кругляков черт принес.

Спустя какое-то время подошли, слегка покачиваясь, двое коренастых, давно небритых и, похоже, немытых мужчин известных водительскому сообществу, как браты Кругляки. Никто не знал то ли Кругляки – это их фамилия, то ли прозвище за их внешний вид. А были они очень похожи друг с другом – на бочкообразном туловище с короткой шей располагалась небольшая голова, покрытая сверху коротким ежиком жестких волос, из-под мохнатых бровей смотрели небольшие круглые глаза. При первом знакомстве бросалась в глаза непропорциональная длина рук. За это кто-то из юмористов назвал их коротко стриженными гориллами. Не то что друзей, но даже приятелей у них не было. Братья общались в основном только друг с другом, а когда бывали вынуждены говорить с кем-то еще, никогда не произносили имен, обращение сводилось к словам «мужик» или «баба» ипри этом у собеседника возникало сомнение: знают ли, помнят ли братья с кем они разговаривают. Кругляки никогда ничего не просили, если им что-то чужое приглянулось, просто брали себе и все, возражать было бессмысленно, да и опасно. У них была скверная репутация хамоватых и наглых отморозков, особенно эти качества проявлялось в пьяном виде. Дойдя до определенного состояния опьянения, братья недолго искали поводов для ссор, чаще всего просто затевали драки, из которых Кругляки почти всегда выходили победителями потому, что дрались они жестоко, били по чем попадя и всем, что попадалось под руку. Особенно их возбуждал вид крови, и не важно, чужой или собственной. Нередки случаи, когда, чувствуя свое поражение, окруженные со всех сторон они доставали ножи, и тогда, зная их звериный нрав, осаждающие отступали, а окровавленные Кругляки злорадно смеялись, гнусно обзывая противников бранными словами. При всем этом их нельзя было назвать мелочными или скрягами, в компанию они никогда не приходили с пустыми руками, даже наоборот. Вот и сейчас Кругляки принесли с собой пакеты с продуктами и две большие бутылки водки, одна уже была наполовину выпита, что нашло свое отражение в поведении братьев. Ни с кем не поздоровавшись, Кругляки сели за стол, налили себе водки и, не чокаясь ни с кем, выпили. Оживленная атмосфера застолья исчезла. Компания разбилась на маленькие группки, в каждой велся свой негромкий разговор.

Читать онлайн «Жилец», Владимир Михайлович Скрипник – Литрес (2024)
Top Articles
Latest Posts
Article information

Author: Otha Schamberger

Last Updated:

Views: 5895

Rating: 4.4 / 5 (55 voted)

Reviews: 94% of readers found this page helpful

Author information

Name: Otha Schamberger

Birthday: 1999-08-15

Address: Suite 490 606 Hammes Ferry, Carterhaven, IL 62290

Phone: +8557035444877

Job: Forward IT Agent

Hobby: Fishing, Flying, Jewelry making, Digital arts, Sand art, Parkour, tabletop games

Introduction: My name is Otha Schamberger, I am a vast, good, healthy, cheerful, energetic, gorgeous, magnificent person who loves writing and wants to share my knowledge and understanding with you.